20 марта в большом зале ХНАТОБа разрушаться все каноны и подорвутся все устои академической музыки! Это будет настоящий скандал и сенсация! Безумие приобретет симфонические масштабы!

Впервые в Харькове выступит комедийный дуэт из Австрии IGUDESMAN&JОО: UpBeat в сопровождении симфонического оркестра Харьковской Оперы (дирижер – Юрий Яковенко).

Эпатажный тандем скрипача Алексея ИГУДЕСМАНА и пианиста ХЬЯНГ-КИ ДЖУ, в прямом смысле слова, заставят публику KharkivMusicFest сотрясаться от гомерического хохота и продолжительных оваций. Поскольку у IGUDESMAN & JОО такая миссия: развеселить меломанов всех мастей.

У них 28 миллионов просмотров на YouTube, а харьковчане все это увидят вживую.

Но перед тем, как вы пойдете на концерт, прочитайте это интервью и замрите в предвкушении

Игудесман и Джу: божественная комедия

Соединить виртуозное исполнение классической музыки с блистательным юмором в лучших традициях «Монти Пайтон» - задача лишь для очень талантливых людей, например, таких, как скрипач Алексей Игудесман и пианист Хьянг-ки Джу.

Под влиянием Чехова и карате

Алексей Игудесман родился в Ленинграде, а затем встретился с Ричардом Джу в знаменитой музыкальной школе Иегуди Менухина (Суррей, Англия). Там «Алексей целыми днями читал Оскара Уайльда, Бернарда Шоу и Антона Чехова, что не помогало ему лучше играть на скрипке, но позволяло чувствовать превосходство над соучениками», а Джу, наоборот, чувствовал, что вокруг него сплошные гении и поэтому его скоро выгонят, под воздействием этого ощущения он разработал новый стиль игры на пианино под названием Karate Piano. В общем, Игудесман и Джу играли на скрипке и пианино и шутили с самого раннего возраста, и все это вылилось в шоу A Little Nightmare Music (маленький музыкальный кошмар), с которым они выступают с 2004 г. О том, что у них получилось, говорит хотя бы такая цифра - 18 млн. просмотров на YouTube. А, кроме того, множество отзывов от благодарных слушателей, в числе которых и знаменитые музыканты, и любители классики, и даже те, кто был от нее далек. Привлечь внимание и таких людей к классической музыке - это одна из задач, которую возложили на свои плечи Игудесман и Джу.

Шоу состоит из множества коротких сценок, в которых одновременно проявляются и музыкальные, и комедийные таланты артистов. Иногда они танцуют, могут даже немного подраться, ну а мимике музыкантов позавидуют лучшие комики мира.

Чтобы концерт не напоминал похороны

Вы характеризуете свое шоу как смесь «Монти Пайтон» и Моцарта. Кто еще из знаменитых комиков повлиял на вас? В частности, ваш номер I will survive заставляет вспомнить Энди Кауфмана...

- Думаю, людей, на нас повлиявших, так много, что перечислить их всех невозможно, — говорит Джу. - Энди Кауфман определенно был одной из интереснейших личностей своего времени. «Монти Пайтон» мы также упомянули не случайно, эта комик-группа для нас настоящие герои. Мы с Алексеем выросли в Англии, и хотя и во всем мире «Монти Пайтон» широко известны, в Англии они боги комедии, таковыми они были и для нас. Несколько лет назад мы познакомились с Терри Джонсом и Майклом Пейлином, для нас это была встреча с легендой. Терри даже видел некоторые наши выступления, что особенно приятно. Однако на нас повлияли не только комики и юмористы, но и музыканты. В первую очередь это известный скрипач и дирижер Иегуди Менухин, в школе которого мы учились. Он был очень открытым человеком, для него, как теперь для нас и многих других музыкантов, не существовало никаких границ в музыке. Ему было все равно, играть ли классическую музыку, джаз, рок, индийскую музыку, — жанр не имел значения. Он также одним из первых серьезных классических музыкантов начал играть с джазменами — например, со Стефаном Граппелли или индийским ситаристом Рави Шанкаром. Его открытость передалась и нам. Нас вдохновляли и другие музыканты, например Гленн Гульд, который был не только прекрасным исполнителем, но и делал скетчи, вел юмористические радиопередачи, где брал интервью сам у себя. Многие объединяли комедию с музыкой. Это делали еще великие композиторы: Моцарт, Гайдн, Бетховен, Шнитке, Прокофьев. Юмор был частью их музыкального языка. Нельзя не вспомнить и датского пианиста и комика Виктора Борге и многих-многих других, кто смешивает музыку с юмором. Мы считаем себя незаконнорожденными (внебрачными) детьми всех этих людей, так что у нас много родителей, дедушек и прочих предков.

- Запас ваших шуток идет еще из молодости, когда вы учились, или вы постоянно стараетесь придумать что-то новое? Откуда черпаете вдохновение?

- По-моему, Бернард Шоу сказал, что правда — это самая смешная шутка на свете. Я бы сказал, что большая часть материала в наших программах действительно навеяна тем, что мы переживали сами. Мы любим, когда что-то идет не по плану. Именно поэтому наша первая программа называлась «Маленький музыкальный кошмар» (A Little Nightmare Music). Это не только игра слов по аналогии с «Маленькой ночной серенадой» Моцарта (A Little Night Music), но и желание показать, что музыка иногда может быть кошмаром, как и мир, и жизнь музыкантов. Много раз в наших собственных шоу что-то шло не так, мы ошибались или что-то происходило в зале. Например, у нас есть номер, в котором я сплю под роялем, а затем просыпаюсь и начинаю лежа играть на нем. Однажды во время этого номера, поднимаясь, я со всей силы ударился головой о дно рояля — не специально и, кстати, довольно больно, но зрители стали смеяться еще сильнее, чем раньше, и с тех пор в каждом концерте я уже специально бьюсь головой о рояль. Так что, отвечая на ваш вопрос, мы черпаем вдохновение буквально во всем.

- Вы проводите и серьезные классические концерты. Часто во время фестивалей. Вам удается удерживаться от того, чтобы не начать шутить и там?

- Для нас процесс, подготовка, стресс, адреналин, сложность исполнения одинаковы, играем ли мы «Лунную сонату» Бетховена или один из наших глупых скетчей. Нет никакой разницы, мы одинаково ответственно подходим и к тому, и к другому. Мы не становимся более серьезными, исполняя Бетховена, и наоборот. На самом деле вы можете заметить, что мы не стараемся выглядеть клоунами на наших юмористических концертах, мы не одеты в смешные костюмы. Напротив, там царит серьезная обстановка, и многие номера мы начинаем играть абсолютно серьезно, но уже из этого и проистекает комичность ситуации.

Классическая музыка не всегда была таким серьезным делом для избранных, это сейчас на концертах все должны сидеть мрачные, не издавать звуков, не шевелиться, что скорее похоже на похороны, чем на концерт. А раньше взаимоотношения между музыкантом и публикой были гораздо более открытыми.

Лист, например, мог выпить со зрителями или кинуть перчатки в зал, известные скрипачи часто демонстрировали различные трюки со своими инструментами и т. д. Но затем в конце XIX — начале XX в. что-то произошло, и классическая музыка превратилась в закрытый элитарный клуб.

Поэтому мы хотим напомнить, что классическая музыка тоже может быть живой и интересной. Мы никогда не смеемся над классической музыкой, мы смеемся вместе с ней.

Вообще существует какое-то пренебрежение к комикам и недооценка юмористического жанра, хотя смешить людей — очень сложное занятие. Заставить рассмеяться порой труднее, чем растрогать. Но всегда думают, что комик — это что-то такое, низкого уровня. Вот и «Оскар» артистам комедийного жанра дают крайне редко, и среди фильмов, получивших эту награду, очень мало комедий.

- Ваше шоу, безусловно, прививает любовь к классической музыке. Насколько высок сейчас интерес к ней в мире и, где он выше - в Европе, Америке или в Украине?

- Мне кажется, интерес к классике был и будет всегда, особенно это актуально сейчас, с изобретением интернета, мобильных телефонов, MP3-плееров, разных носителей информации. Мы заметили, что даже у детей и подростков, не имеющих представления о классической музыке и никогда ею не занимавшихся, в сборниках любимой музыки есть композиции Дворжака, Баха, Бетховена, причем они соседствуют с песнями Пинк, Леди Гага и Майкла Джексона. Для нас это доказательство того, что если не все (потому что даже шоколад любят не все), то большинство людей способны любить и ценить классику. Нет ничего необычного в том, что во многих странах по всему миру людям нравится классическая музыка. Ведь музыка вечна, она вне времени. Вообще слово «классическая» мне страшно не нравится, от этого сразу веет чем-то древним и устаревшим, а на самом деле эта музыка остается актуальной. Отрывки и элементы из классических произведений используются в современных композициях стилей техно, рэп, рок, значит, классика не устаревает.

Источник: газета «2000»